https://prodaman.ru/Vi-Mej
vimay2109@tutanota.com

Откровения Веры

Мое творчество и не только)

Ознакомительный фрагмент.

Когда-то ему передали эту тетрадь. Тетрадь, исписанную рукой девушки, которую он любил и ненавидел одновременно…

Это было так давно, но каждый раз перечитывая знакомые строки, он снова и снова переживал те моменты, слышал её звонкий смех, смотрел в её сияющие глаза и… хотел вернуть? Быть может…

Потрепанная временем обложка бережно обклеена скотчем. Да и тот уже затерся местами, покрывшись налипшими там и здесь пылинками.
Мужчина аккуратно положил тетрадь на стол, задумчиво уставившись на дверь кабинета. Успешный бизнесмен, владелец огромного предприятия мебельной и деревообрабатывающей промышленности, Сакен Аханов пятнадцать лет назад осел в столице, потихоньку обрастая капиталом и членами семьи. Айгуль, нежная послушная и верная жена, родила ему двоих бойцов и прекрасную дочку.
Он любил свою жену. Наверное. Во всяком случае, она ему верна. Его взгляд вернулся к тетради. Зачем он хранит её столько лет? Зачем оставил тогда у себя?


Откинув обложку без каких-либо опознавательных знаков, в тысячный раз впился глазами в до боли знакомые строчки:
… Если бы мне представился случай один единственный раз вернуться в прошлое и исправить что-то… Что бы я выбрала?
Я знаю, что…
Есть один человек в этом мире, перед которым мне до конца моих дней будет стыдно. Скорее всего, это даже два человека.
Это два брата. Один из них мне очень понравился, а во второго я… влюбилась. Влюбилась так, что больше ничего и никого перед собой не видела. Я не хотела ничего видеть, не хотела никого слышать. Он до сих пор терзает мое сердце — оно горит огнём каждый раз, когда я о нём вспоминаю.

В тот день ко мне приехала подруга из моего родного города. Мы с ней прошлись по району и решили посидеть где-нибудь, выпить пива и поболтать.
После недолгого размышления, я повела её в нашу любимую забегаловку для студентов, где мы с однокурсниками время от времени заседали в периоды сессий. Да и с девчонками из общежития иногда сюда тоже захаживали. Цены не кусаются, народу не особо много, и завсегдатаями здесь были в основном студенты… у которых, как и у нас, деньги с карманов не сыпятся.

Мы сидели и вспоминали былые времена, где было много радости и грусти. Аня рассказывала мне новости из родного города, а я поведала ей о жизни в общежитии, о трудностях самостоятельности.
Пока мы говорили, я всё время пересекалась взглядами с симпатичным молодым человеком. За соседним столом (а столы были длинные) сидела орава молодых студентов. Все они были черноволосые и явно нерусские. Он единственный, кто выделялся из этой орды своим русым цветом волос. Но черты лица были красивые, даже немного женственные. Такие, как мне всегда нравились.
В итоге, к нам подсели пара азиатов из этой компашки. Он всё сидел и смотрел на меня. Я на него. Остальные меня не затронули. Что-то в нём было такое, что меня притягивало. Но всё же я не была уверена.

Чуть позже и он подошел… и сел рядом со мной. Аня уже вовсю болтала с остальными ребятами, хохоча вовсю. Она даже не заметила, как я покинула столик вместе с русоволосым молодым человеком.

Его звали Артур. Зачем я пошла с ним? Уже не помню. Помню только, что он целенаправленно привёл меня к себе в комнату. В коридоре его окликали многие девушки и парни, но он просто помахал рукой и прошёл мимо вместе со мной.
Свет мы не включали. Почему, я не спрашивала. Мы сидели и шептались о какой-то ерунде. И вдруг он сказал:
— Ты ведь уже была с мужчинами?
— Что? — я опешила, но быстро пришла в себя. — А что?
— Да так, — как-то смущённо сказал Артур.
— Ну а всё-таки? Почему ты спросил?
— Я просто хотел знать.
— Если я скажу, что нет, — язвительно сказала я, — ты ведь всё равно мне не поверишь.
— Почему?
— Не знаю, — я растерялась.
— И всё-таки? — настаивал он.
— Была, — уверенно заявила я и тут же с лёгким вызовом спросила. — И что?

Он молчал.
Я как-то неуютно чувствовала себя. Будто я попала не в тот пирог. Зачем он завел этот разговор. Мог сразу спросить. И тут он сказал немного сдавленным голосом:
— А я нет.
— Что нет? — я даже не сразу сообразила, о чем это он.
— У меня еще не было девушки.
— Я прыснула. Не могла не засмеяться — он явно мне врал. Но он такой красавчик!Зачем ты мне врёшь? — спросила я.
— Я не вру, — уверенно сказал парнишка.
— Сколько тебе?
— Девятнадцать.
— А, — я не знала, что сказать.

Я хотела исчезнуть. Мне стало не по себе.
— Ну… прости… — стушевавшись, я попробовала разрядить атмосферу, но пока думала, что сказать, его руки легли мне на талию. — Что…
— Научи меня, — он говорил тихо, но немного требовательно, будто пришёл взять своё.
— Научить? Но… — Конечно, я уже понимала, чего он хочет… Я решила, что раз так, то я не против обзавестись таким парнем. Жаль, конечно, что он младше на пол года, но зато он высокий, статный, красивый. Неясный свет, лившийся через окно, освещал его лицо. Правильные черты: прямой нос, мягкие манящие губы, ровные густые брови и черные, как ночь глаза, обрамленные густыми ресницами, которым могла позавидовать любая девчонка. Посмотрев в его прекрасные глаза, я спросила: — А что дальше?
— Дальше? Что ты имеешь ввиду?
— Ну…

Смутившись, я опустила взгляд. Почему-то не смогла спрашивать напрямую.
— Если хочешь, мы можем встречаться, — уверенно сказал Артур и немного надавил на талию, потянув на себя. — Хочешь?

Он оказался совсем рядом. Я смотрела на него, затаив дыхание, и только смогла выдавить:
— Да…


Когда впервые он читал эти строки, ему хотелось найти её и задушить собственными руками. На этой странице он закрыл тетрадь и убрал в стол. Не сжег, не выбросил. Нет. Он просто спрятал её под замок, будто боялся, что потеряет.
И каждый раз добираясь до этих слов, он закрывал её и кидал в обратно. Лишь спустя месяцы он сделал над собой усилие и прочёл режущие сердце строки, одну за другой.
Артур. Славный добрый Артур. Сакен всегда завидовал своему младшему брату.
Несмотря на то, что он старше брата, тот был на голову выше и имел впечатляющую фигуру. Смазливое личико всегда привлекало девчонок, и за ним вечно увивались красавицы. Но он ни с кем не встречался, выстраивая гранитный барьер дружбы перед каждой из них.
Но почему он подпустил к себе её…
Сакен прикрыл глаза. Даже спустя столько лет он с легкостью смог представить прекрасное лицо, обрамленное темно-русыми волнами густых волос. В темноте её глаза горели страстью, дыхание было всегда горячим и волнующим, а губы…
Он перевернул страницу…


Каким же страстным был этот поцелуй. В тот момент я, похоже, ничего уже не соображала, потому что помню, как пальцы ринулись к его белоснежной рубашке, лихорадочно расстегивая пуговицу за пуговицей. Сколько я их расстегнула… не помню… Однако он не дал довести мне дело до конца, повалив вдруг на спину. Он нависал надо мной. Такой красивый, сильный, сексуальный.
В голове мимолетная мысль: “Он не может быть…”
И он овладел мной.
Всё произошло так быстро… Я даже не успела сообразить, а что же я, собственно делаю, как он уже скинул с себя одежду, резко стянул с меня узкие джинсы вместе с трусиками и, чуть спустив меня за голени вниз, быстро оказался сверху.
Конечно я не должна была этого делать. Но под его напористостью я просто не могла найти ни одной здравой мысли, я не могла сказать ему “нет”, я не могла не раздвинуть ноги. И я раздвинула…
В голове была одна лишь мысль: “Он обманул меня…”
Но я продолжала принимать его ласки. Он целовал мою шею, мои губы… страстно, где-то даже властно, по-хозяйски… и мне это нравилось.
Когда, наконец, он с глубоким выдохом излил в меня своё семя, я подумала: “Вера, ты такая дура!”
Да, я была дурой. Но что поделать, если это уже случилось. И я не стала заниматься самобичеванием, а просто спросила:Артур… ты.. врал ведь, да?
— М? — он уже накинул рубашку, застегивая пуговицы. — Ты о чем?
— О том, что у тебя не было девушки.
— Нет.
— Не ври. Этого просто…
— Не было, — он немного резко оборвал меня, и я замолчала, более не затрагивая эту тему.

Я встала с кровати и подняла свою одежду, не спеша натянула джинсы и встала посреди комнаты, оглядываясь в полутьме. Артур уже тоже оделся, и я спросила его, чтобы разрядить обстановку, указывая на смятую нами постель:
— А ты здесь спишь, да?
— Нет.

Минута молчания.
— Ну, нам нужно было лезть на второй ярус? — как бы оправдываясь, спросил он.
— А-а-а… да нет, — я улыбнулась неловко.

Увидел ли он мою улыбку, я не знаю. Но это и не важно. Он взял меня за руку со словами:
— Нам пора. Скоро ребята вернутся.
— Д-да, конечно… — мне стало так горько. Я удержала его, и когда он повернулся ко мне, спросила робко: — И… что… теперь?
— Что ты имеешь ввиду? — его голос был спокоен, но, возможно, мне показалось, в нем чувствовался холодок.
— Ну… — Его вопрос привел меня в чувство, и я прямо сказала: — Ты получил, что хотел. Верно? Мы теперь не увидимся?

Он навряд ли мог рассмотреть моё лицо, а вот я его отлично видела. Я видела, как потеплел его взгляд, мышцы расслабились, и он улыбнулся:
— Разве я тебе не обещал? — я молча смотрела на него, и он продолжил: — Каким был уговор? Если ты соглашаешься, я буду твоим парнем. Разве не так?
— Так.

Он провел меня до моего общежития, пообещал зайти на следующий день. И зашёл. Мы гуляли по весенним улицам города, наслаждаясь выхлопными газами и еще не проснувшимся пейзажем ранней весны. Он купил мне пирожное, мы попили вместе Колу, и вернулись к моему общежитию, расставшись немного сбито, неумело.
Девчонки, особенно Аня, с завистью расспрашивали кто это. Когда я сказала, что он из той компании азиатов, подруга сразу отстала с расспросами. Постепенно утихли и остальные, так и не дождавшись подробностей.
А какие могли быть подробности? “Он трахнул меня и один раз сводил погулять по району”? О да, тут есть чем хвастаться.
Больше он не приходил. Через пару дней Аня уехала домой, а ещё через пару дней ко мне пришёл парень с ярко выраженной внешностью азиата, и я подумала, что он, возможно, ищет Аню. Но нет. Он пришёл ко мне и просил зайти к Артуру.
Удивившись и почему-то обрадовавшись, я выпалила, что приду, вернулась к себе, села и задумалась, склоняясь к мысли, что нечего мне там делать.
И если бы не Вита со Светой, которые буквально выпихнули меня на так называемое свидание, моё и без того не лучшее положение не усугубилось бы на столько, что теперь я готова умереть, лишь бы вернуть тот день и остаться в своей комнате, в своем общежитии…

Да, я пошла к Артуру.
Был солнечный, сравнительно теплый день. Вахтерша с радостью пропустила меня, когда я сказала номер комнаты и произнесла имя Артура. “А его здесь любят”, — подумала я и поднялась на четвертый этаж. Не успела я постучать, как дверь открылась, и из комнаты выскочил высокий смуглый парень с черными, как смоль волосами, зачесанными по-модному, глаза темные, как ночь. Мы столкнулись и тут же отпрянули друг от друга. Осмотрев меня с головы до пят, он широко улыбнулся и спросил, не к Артуру ли я пришла. Получив утвердительный ответ, он с радостью пропустил меня в комнату, добавив:
— Только Артура пока нет. Он будет позже. Подожди его немного, если не спешишь никуда.

Впустил, закрыл за собой дверь и скрылся.
Удивленно посмотрев на закрытую перед носом дверь, я решила, наконец, поздороваться с теми, кто остался в комнате. Обернулась, увидела еще одного парня, сидевшего прямо перед ней, за большим обеденным столом. Он совсем не обратил на меня внимания, и я стояла так и молча смотрела, как он прошивает какую-то толстую штуку цыганской иглой. Наконец, он оторвался от своего занятия и поднял голову…


Сакен смутно помнил их знакомство. Очередная сохнущая за его братом пришла в надежде обратить внимание Артурчика на себя…
Так он думал тогда.
Он как-то печально усмехнулся, и прошелся пальцем по старой, слишком мягкой страничке.
Если бы он только знал, что Артур с ней встречается…
Если бы он хотя бы поинтересовался к кому и зачем она пришла…
Хотя… может, он и спрашивал…
Его взгляд вернулся к тетради. Сколько он перечитывал этот момент, пролистывая первые, столь ненавистные листки…


Когда он посмотрел на меня, я еще не понимала, что пропала. Его черные глаза забрали мою душу и мое сердце. Я утонула в его глубоком отчужденном взгляде. Его безразличие остро кольнуло, но виду я не показала, а просто, дружелюбно улыбнувшись, кивнула.
Всё, что я услышала в ответ, было приглашение присесть на стул, который стоял между столом и стеной, возле которой я топталась. Немного оскорбившись таким негостеприимным отношением, я всё же села.

Если бы кто-нибудь спросил меня в тот день, как выглядит их комната, навряд ли я смогла бы ответить. Меня абсолютно не интересовали тогда ни интерьер, ни что-либо другое.
Мы сидели молча, и я уже неловко себя чувствовала, но не осмелилась сказать ни слова. Я просто сидела и смотрела на его склоненную голову.
Сколько прошло времени, пока он оторвался от своего занятия? Мне казалось, что целая вечность.
— Ты что-то хотела? — его вопрос был таким внезапным.

В глазах всё то же безразличие. Слегка округлое смуглое лицо не смазливо. Нет. Оно мужественное. Четко выраженные скулы, густые, четко очерченные брови, твердый уверенный взгляд. Полную картину завершает длинный прямой локон темно-русого цвета, частично скрывающий правый глаз. При короткой челке и еще более короткой стрижке этот пейс действовал на меня как-то странно, будто всё дело было в нём. Конечно это не так. Но именно локон я вспоминаю в первую очередь, думая о (перечеркнуто: «тебе») нем. Когда он напрягал руки, мышцы внушительно намекали на то, что он занимается спортом.

Его вопрос звучал так, что мне захотелось скрыться, и я вдруг вспомнила, зачем пришла сюда.
— Я… просто… — Я понимала, что уже долго сижу, и мне бы стоило уже уйти, но я не хотела уходить. Я хотела сидеть и смотреть на него. И я как-то невпопад спросила, глядя на рукоделие в его руках: — А что это?
— Что? Это войлок. — Несколько секунд он внимательно смотрел на него и, наверное, решив, что я не пойму, сказал, отложив своё занятие на стол, поближе к стенке: — Не важно. Как тебя зовут?
Внутри потеплело, когда его голос стал мягче, и я без раздумий ответила:
— Вера.
— И что же мы будем делать с тобой, Вера?

Звучало довольно двусмысленно, и я растерялась, почувствовав, как щеки начинают гореть. Всё же вставать я не спешила, хоть и буркнула смущенно:
— Я уже ухожу.
— Уходишь? Так быстро? Мы ведь еще даже не успели познакомиться.

Я хотела было возразить, сказать, что я пришла к Артуру, а не к нему, но почему-то промолчала. Наверное, у меня был глупый вид, потому что он вдруг улыбнулся своей незабываемой улыбкой, от которой у меня внизу всё сжалось, и снисходительно сказал:
— Да ты не бойся, я тебя не съем. Чай будешь?
— Буду, — выпалила я, скорее в силу привычки, чем от желания.

Жизнь в общежитии не балует, особенно когда живешь на минимальную зарплату и без родительской помощи, поэтому я, как и многие студенты-бюджетники, всегда пользуюсь случаем пожевать чего-нибудь задаром.
— Сакен, — он достал откуда-то снизу сухарики с изюмом и поставил на стол.
— А? — я подумала, что для обычных сухариков это какое-то странное название.
— Сакен, — повторил он, и в его глазах промелькнуло что-то задорное, будто он готов был рассмеяться, хотя он даже не улыбнулся.
— А-а-а-а, — протянула я, делая вид, что всё поняла, хотя вообще ничего не поняла.
— Меня зовут Сакен, — уже разжевал и буквально положил в рот, а мне стало так стыдно, что я даже отвечать ничего не стала, лишь опустив глаза, чтобы только не видеть, как он смеётся надо мной. — Ты учишься в Горке?
— Что? — вопрос застал меня врасплох. Он не смеялся, а говорил со мной приветливым тоном без тени издевки. Я посмотрела на него, и еще гуще залилась краской. Хотя куда уже было гуще. Мне показалось, что рядом с ним я только и делаю, что все время краснею. Так неловко. Мысленно дав себе оплеуху, я ответила: — Нет. Я не учусь.
— Нет? — пришёл его черед удивляться. — Ты уже закончила?
— Я работаю, — пряча взгляд, ответила я и снова покраснела.
Почему это снова произошло? Почему я не могу думать спокойно и веду себя, как дура? Эти вопросы я задавала себе тогда и потом, уже дома, сидя на подоконнике и наблюдая за движением на вечерней улице.
— Правда? — заинтересованно спросил Сакен (как же мне нравится писать и произносить это имя!)
— Да.
— И кем работаешь?
— Машинисткой, — снова порция смущения на моих щеках.
— Это… ты что, водишь поезда?
— Да нет! — я вдруг прыснула, и смущения как не бывало. — Я печатаю на печатной машинке.
— На печатной… — он пробежался пальцами по столу и тепло улыбнулся. — Теперь понятно.

Закипела вода, и мы, наконец-то, приступили к чаепитию. Он закидал меня вопросами, на которые я с готовностью отвечала. А потом пришёл какой-то паренёк, которого я еще не видела, и представился. Имя его тоже для меня было диковинным — Самат. Глаза у него узкие и губы тонкие. Черные, как смоль волосы. Какой-нибудь узбек или казах, подумала я.
С его приходом я опомнилась и поспешила уйти. Сакен проводил меня до лестничного пролета и сказал:
— Приходи еще.
— Еще? — я так обрадовалась его приглашению, будто ждала этого всю жизнь. И хоть я и смутилась, но всё же довольно быстро согласилась: — Хорошо.
— Приходи завтра.
— Я работаю…
— Ну, приходи после работы.
— Хорошо, я приду.

Окрыленная, я побежала домой, напрочь забыв про Артура.


Далее было несколько густо зарисованных строк, но свое имя, выдавленное той же пастой сверху, Сакен высматривал не единожды, гадая, что же она так усердно зачеркнула.
Сколько бы ни читал строки их знакомства, никак не мог понять, как она могла помнить всё настолько хорошо. Он с трудом вспоминал эти детали даже читая, а не было бы этой тетради, так он и не вспомнил бы, как и когда они познакомились в принципе.
Мужчина ещё какое-то время смотрел на эти художества, закрыл тетрадь, убрал обратно в ящик письменного стола, не забыв закрыть на ключ, и устало поднялся.

Четверть восьмого. Ужин уже давно на столе, но Айгуль его не беспокоит беспрестанным жужжанием. Она тихая и послушная.
Красавица Айгуль до сих пор вызывает зависть у большинства его соратников, коллег и даже не скрывают этого. Конечно, урвать такую красавицу у Дияра Уызбайулы вместе с его благословением в виде семейного бизнеса, оказалось не каждому под силу. Сакену повезло — его дедушка был крестным отцом брату Айгуль. Ержан обожал и деда, и самого Сакена, что сыграло немаловажную роль в будущем красавицы. Успехи братьев в институте впечатляли расчетливого Дияра, и он сразу подметил острый ум и железную хватку дельца у старшего и всячески поощрял его интерес к дочери. Правда, сам Сакен этот интерес не живо-то и проявлял, довольно пассивно отвечая на красноречивые взгляды девушки..
Поэтому когда родственники сообщили ему о женитьбе, он уже знал, кого ему предстоит “осчастливить”. О том, что он не хочет жениться, даже заикаться не стоило. Ему давно дали понять, что дела семьи должны стоять на первом месте, и никакие отговорки не помогут ему уйти от избранного родителями пути.
Про его счастье знали также и все, кто имел виды на Айгуль.
И всё-таки он женился. Женился, освоился в деле Кашаевых, со временем Дияр помог ему переехать с семьей в столицу Украины и открыть там филиал деревообрабатывающего производства. А позже, когда Сакен уже полностью встал на ноги, обзавёлся друзьями и оброс нужными связями в Киеве и не только, он открыл свою фабрику по изготовлению мебели из дорогой древесины, с разработкой собственного дизайна, с индивидуальным подходом к клиенту.
Очень скоро предприятие стало на слуху, пришлось расширяться, объединяться с Дияром, приславшим на подмогу Ержана и племянника, закончившего архитектурный.
Айгуль всегда поддерживала мужа, с готовностью принимала важных гостей, следила, чтобы блюда были на уровне, и конечно же чета Ахановых не пропускала ни один раут. Эта женщина всегда и везде сопровождала успешного мужа, блестая своей красотой всем на зависть. Невысокая, чуть ниже мужа, с прекрасной фигурой и яркими черными глазами, которые подчеркивались тонкими вразлет бровями, она привлекала внимание всех мужчин и особенно женщин, с завистью посматривающих на ее ухоженные черные волосы и хрупкое телосложение. Нередко её воспитанность и образованность играли им на руку, привлекая внимание новых дельцов, которые в процессе умной или просто увлекательной беседы заключали договор с успешной компанией “Кашаев и Аханов МП”.
А дома Айгуль превращалась в нежную тихую женщину, готовую услужить любимому мужу. Это действительно настоящее счастье. В свои полные сорок лет у него было всё.

Сакен прошёл в столовую, где его жена сидела за столом, терпеливо ожидая мужа в одиночестве.

Полностью можно прочитать здесь.

Обложка от Андрея.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *